Он объединил науку с производством

Каждый, кто побывает в очистном или подготовительном забое, услышит шипение выделяющегося из пор угольного забоя газа. Это метан - грозный враг шахтёров. Каждые сутки, час, минуту на шахтах ведется непрерывная борьба с этим невидимым, но коварным врагом. И в этой неустанной борьбе огромную помощь шахтерам оказывают работники управления "Спецшахтомонтаждегазация" (УСШМД). Это уникальная организация. Подобной нет не только в странах СНГ, но и в мире. И все трудовые достижения шахтёров Карагандинского бассейна, а теперь угольного департамента АО "Миттал Стил Темиртау", были бы невозможны без помощи работников УСШМД, которое было создано в 1970 году. Первым начальником УСШМД был назначен бывший главный инженер треста "Сараньуголь" Игорь Александрович Швец. Более 55 лет он трудился в Карагандинском угольном бассейне, из них 35 лет бессменно возглавлял управление УСШМД.


Многолетний труд И.А.Швеца был по достоинству оценен. Он - лауреат премий Совета Министров СССР, КазССР, имени А.А. Скочинского, избран академиком Международной академии наук экологии, безопасности человека и природы (МАНЭБ), академиком Российской академии горных наук. Он известный специалист и ученый в области дегазации угольных пластов. Но путь его к успеху никогда не был усыпан розами.
Родился он в шахтерском городе Макеевке, в Донбассе 21 февраля 1928 года. Ему судьбой было определено стать шахтером. Но спустя 4 года его семья переехала в город Никополь.
Ему было тринадцать, когда началась война. Не прошло и двух месяцев, как немцы уже подошли к Днепру. Игорь Александрович точно помнит эту дату - 17 августа. Река разделила армии, на левом берегу – советские солдаты, а на правом – оккупанты. Родной город Игоря – Никополь - был на правом. Бомбежки, обстрелы, пожарища, гибель людей, - все это пришлось пережить подростку Игорю Швецу. Он увидел своими глазами, что такое война, оккупация. А в 1942 году немецкая полиция собрала подростков города, их загнали в вагоны и повезли в Германию, где остро не хватало рабочих рук. Среди них были Игорь и старший его брат Борис. Борис оказался узником концлагеря "Гросс Розен", а затем "Дора". А младшему Игорю повезло – его определили на ферму, где жил пожилой немец с тремя дочерьми. Здесь он и батрачил с раннего утра до позднего вечера. Игорь жил на холодном чердаке. Пять утра – уже окрик: "Игорь штейн ауф"! Он вскакивал и бежал доить коров, а их было восемь, доил 3 раза в день. Молоко во флягах выставлял на дорогу, их увозили, а взамен привозили пустые, помытые. В промежутках между дойками выполнял различные сельхозработы, пахал, сеял, пас, убирал двор, работал в поле. А когда советские войска стали приближаться к Силезии, немецкая семья и вместе с ними батрак Игорь Швец переехала на западные земли, где Игорь также трудился на ферме. Помнит Игорь Александрович и еще одну дату – 8 мая. Тогда к ним на ферму приехали советские солдаты. И Игорь в слезах кинулся к ним – освободителям, рассказал, что его вывезли в Германию. А брата Бориса освободили уже американские солдаты. Они искали друг друга и нашли. Как была счастлива мать, когда увидела сынов живыми и не по годам повзрослевшими! Игорь хотел учиться, поступил в металлургический техникум.
1946 год на Украине был неурожайным, надвигался голод. Случайно узнали, что на юге Урала уродился неплохой урожай зерновых. И отец вместе с сыном поехал в Орск купить семье хлеба. Приехали в Орск, но и здесь хлеб оказался очень дорогим. Кто-то опять подсказал, что в Караганде более дешевый хлеб. Так Игорь впервые услышал, что есть город Караганда, где добывают уголь. И они за дешевым хлебом отправились в Караганду. Город встретил горящими террикониками, приземистыми одноэтажными домиками, бараками, огромным базаром, где продавались в ларьках и зерно и мука, а колхозники привозили на рынок высокие круглые булки хлеба. Приехал Игорь в Караганду всего на несколько дней, а остался на всю жизнь. У Игоря была справка, что он три с лишним года провел в оккупации, работал в Германии. Это мешало ему поступить учиться, а в Карагандинский горный техникум приняли. И он всю жизнь благодарил директора горного техникума Г.Е.Иванченко за то, что в сложное время тот проявил смелость и принял Игоря Швеца в техникум. А по окончании техникума началась нелегкая шахтерская жизнь: вначале на шахте им. Кирова, затем на шахтах №26 и № 3-бис треста "Кировуголь" в должностях помощника, заместителя, начальника добычного участка. Все названные шахты были наклонными, разрабатывали мощные пласты "Верхняя Марианна" (им. Кирова и №3-бис) и "Феликс (№26). Пласты высокогазоносные, пожароопасные. Игорь Швец ответственно относился к порученному делу, один из первых на шахте перевел лаву на работу по графику цикличности, его участок выполнял и перевыполнял план. И горного техника И.А.Швеца назначили начальником технического отдела треста "Кировуголь".
В те годы самых способных, толковых руководителей отправляли на учебу, чтобы повысить их теоретический уровень. И Игорь Александрович с отличием окончил Высшие инженерные курсы при Свердловском горном институте.
По окончании – работа в Совнархозе, затем главным инженером спецконторы по тушению подземных пожаров, главным инженером самой крупной шахты треста "Сараньуголь" №101, восемь лет – главным инженером треста "Сараньуголь". Шахты Саранского участка разрабатывали ту же Карагандинскую свиту угольных пластов, что и на Промышленном участке, но условия залегания здесь были более сложными. Угольные пласты отличались высокой газоносностью, сложной гипсометрией, большой нарушенностью и обводненностью, к тому же ряд пластов имел труднообрушающиеся кровли. Словом, здесь шахтерам природа преподнесла весь букет условий, осложняющих добычу угля. И все эти трудности легли на плечи главного инженера – стали предметом его постоянных каждодневных забот.
Сколько раз жизнь проверяла И.А.Швеца на прочность, на излом, подвергала тяжким испытаниям! Не раз он был на грани гибели, но ангелы- хранители оберегали его. Такова судьба горного инженера. Сколько ему пришлось пережить трагических случаев на шахтах треста "Сараньуголь"? А это - пожары, взрывы, завалы лав… И все это он сумел преодолеть, добыча угля из года в год росла. Если в 1962 году шахты треста "Сараньуголь" добыли 4,5 миллиона тонн, то в 1970-м – 6,7 миллиона тонн. В 1963 году была сдана в эксплуатацию шахта №122, которая за 4 года вышла на проектную мощность. Много внимания главный инженер треста уделял совершенствованию технологии и средств механизации очистной выемки, проведению подготовительных выработок. Немало хлопот шахтерам доставляли тяжелые кровли, которые, обрушаясь, нередко приводили к частичному или полному завалу лав. Игорь Александрович Швец, как главный инженер, упорно искал эффективные способы управления труднообрушаемыми кровлями. Тяжелейшая проблема, но в высшей степени актуальная, интересная в научном плане. И путем долгих экспериментов, поисков он нашел нужные, эффективные технические решения. Не только внедрил эти решения на шахтах, но и успешно защитил кандидатскую диссертацию.
Успешная работа И.А.Швеца в должности главного инженера треста "Сараньуголь" была оценена высоко. Он был награжден медалями "За трудовую доблесть" (1966г.), "За доблестный труд" (1970г.), орденом "Знак Почета" (1971г.).
Но Игоря Александровича Швеца ждал новый поворот судьбы. Об этом он рассказал незадолго до своей кончины:»В 1970 году были ликвидированы тресты: "Ленинуголь", "Октябрьуголь", "Сараньуголь", "Абайуголь". И создана комиссия по трудоустройству руководящего состава трестов - управляющих и главных инженеров. В эту комиссию входили заместитель министра угольной промышленности СССР Е.Н. Рожченко, секретарь Карагандинского обкома партии В.Ф. Лянной, начальник Управления угольной промышленности КазССР П.М.Трухин.
На заседании этой комиссии П.М.Трухин предложил создать управление по дегазации, предупреждению подземных пожаров и рекультивации поверхности. До того эти работы выполняли три небольшие самостоятельные конторы. И предложил мою кандидатуру на должность начальника этого управления. У меня тогда были иные планы, но я, под давлением доводов П.М.Трухина, согласился. А доводы были следующие. На шахтах с углублением горных работ растет количество взрывов и эндогенных пожаров. Шахты неэффективно боролись с метаном, самовозгоранием угля. Нужно все эти работы сосредоточить в руках одной сильной, специализированной организации, способной повысить уровень безопасности на шахтах. И с доводами Трухина комиссия согласилась. На следующий день он повёз меня уже представлять как начальника новому, объединенному коллективу УСШМД.
Тогда контора представляла собой саманный барак, вдоль которого была непролазная колея грязи с полметра глубиной. На "Волге" здесь не проехать. М.П.Трухин вылез из машины, посмотрел. "Я в этот погреб не пойду. Когда построите нормальное здание, тогда приеду", - сказал он, сел в машину и уехал. Так состоялось моё представление.
Когда я предложил П.М. Трухину название управления - "Спецшахтомонтаждегазация", то он заявил, что оно слишком сложное, мудреное. "Нельзя ли попроще? Например, "Управление по дегазации",- предложил он. Но я возразил, ибо работники по действующей тарификации будут получать более низкую тарифную ставку. А если в названии присутствуют слова "шахта" и "монтаж", то коллектив будет оплачиваться по более высокой шкале. Такие тогда были правила.
- Ну, ты и хитрый, - шутливо сказал П.М.Трухин и согласился с названием "Спецшахтомонтаждегазация", то есть "Специализированное управление по строительству и монтажу дегазационных систем, предупреждению подземных пожаров и рекультивации поверхности шахт Карагандинского бассейна".

Пришлось решать и нелегкий кадровый вопрос.Было 3 начальника, 3 бухгалтера, два главных инженера, их нужно было трудоустроить. И помимо основных работ нужно было строить новое здание административно-бытового комбината (АБК). Но разрешение на строительство АБК выдает лишь Совмин КазССР. И получить такое разрешение нам практически не представлялось возможным. Пошли обходным путём. Выбили деньги на строительство глинорастворного узла. Быстро, всего за несколько месяцев построили. Пригласили приёмную комиссию. Конвейер работает, раствор идёт, машина из бункера загрузилась глинистым раствором и поехала. Комиссия приняла узел. Через неделю я пишу письмо главному инженеру Ш.Т. Токмагамбетову с просьбой: из-за резкого сокращения потребности в глинистом растворе переделать глинорастворный узел под АБК. Токмагамбетов поставил резолюцию: "Разрешить". И мы демонтировали оборудование, сломали стену и построили АБК. Когда завершили работы, звоню Петру Михайловичу – приглашаю приехать. Приехал, у входа - травка зеленая, цветы. Зашёл в кабинет.
- Чай, кофе, коньячок? – спрашиваю я.
- Давай покурим, – ответил он. – Где деньги взял на строительство? – прямо в лоб спросил Трухин.
Я рассказал всю историю про глинорастворный узел. - Молодец! – похвалил Пётр Михайлович.
…Возвращаюсь я из отпуска, а мне сразу звонок:
- Твоё управление ликвидировано, счета в банке заморожены.
Я прямо из аэропорта к Трухину. Так и так. Пока я на Чёрном море загорал, моё управление ликвидировали.
- Кто бы это мог сделать? – спросил Трухин.
– Знаю, но неудобно говорить, - ответил я.
- Говори.
Я назвал. Он тут же его вызвал и дал нагоняй, как это он умел делать. Конечно же, счета сразу же восстановили. А причина ликвидации состояла в том, что ни в одном бассейне: ни в Донбассе, ни в Кузбассе, ни в Печорском не было управления, подобного УСШМД. А раз там нет, значит, и у нас оно надуманное. Так Пётр Михайлович Трухин спас от возможной гибели своё детище.
Начинать всегда тяжело. Нужно было построить мехцех для ремонта оборудования, которого накопилось немало. Но в выделении денег на строительство управлению отказали. Не положено. Тогда как на шахтах строительство служебных помещений поощрялось, и я обратился к моему другу, ныне покойному, Эдуарду Михайловичу Русаку, начальнику шахты им. Горбачева с просьбой, чтобы он взял деньги на строительство для шахты, а мы на них будем строить и отчитываться в выполненных объёмах строительства. Он согласился. Так на деньги Русака мы построили здание, а через неделю после сдачи я написал письмо о передаче цеха с баланса шахты им. Горбачева на баланс УСШМД. Так и сделали, и мы получили мехцех. Вот такими способами мы строились и расширялись. Ещё раз хочу подчеркнуть большую роль П.М.Трухина в создании УСШМД. Сегодня только приходится удивляться прозорливости Трухина, который умел видеть вперед на многие годы и десятилетия.
Он приезжал на шахты им. Костенко, "Карагандинская", смотрел за работами по ликвидации террикоников, рекультивации поверхности. Породой от террикоников мы засыпали ямы, выравнивали местность, засыпали землей, проложили дорогу от "Карагандинской" к мосту через железнодорожный путь. Рекультивация земель завершалась посевом многолетних трав. Мы тесно сотрудничали с Целиноградским сельхозинститутом и Карагандинским ботаническим садом. Помню, на одном из террикоников зацвёл посаженный миндаль. Даже статья была опубликована в газете "Миндаль на терриконике".
Были рекультивированы сотни гектаров нарушенных земель. С каждым годом объём работ по ликвидации террикоников и рекультивации земель увеличивался, и в 1978 году было создано уже самостоятельное Управление по профилактике, тушению породных отвалов и рекультивации земель (УПТР)".
Среди многих работ, выполняемых УСШМД, основной всегда была дегазация. Здесь ежегодно бурили до тысячи километров скважин, из них свыше 800 километров подземных, средствами дегазации извлекали из земных недр свыше 200 миллионов кубометров метана. Второй «профессией» УСШМД была и остается профилактика и тушение подземных пожаров. Для изоляции отработанных участков в 70-е годы подавали в шахту за год свыше восьмидесяти тысяч кубометров глинистого грунта.
Ещё одной «профессией» УСШМД является контроль и аттестация рабочих мест, определение их запыленности, шума, вибрации, освещенности, выбросов в атмосферу продуктов сгорания и качества сбрасываемой шахтной воды.
Для выполнения этих работ в УСШМД с первых лет была создана санитарно-профилактическая лаборатория, которую с 1973 года возглавляет Фира Александровна Фетискина. Многолетняя работа этой службы способствовала значительному улучшению состояния рабочих мест на шахтах, обогатительных фабриках, заводах, котельных ПО "Карагандауголь", а сегодня угольного департамента АО "Миттал Стил Темиртау".
В восьмидесятые годы численность управления СШМД достигала 1300 человек. Сегодня осталось 500. Стало меньше, но сегодня каждый работник УСШМД высочайший мастер своего дела. Это: начальник управления Н.Н.Грознов, главный инженер А.А.Шипулин, зам. начальника по производству А.И. Швец, начальники участков В.В. Фельде, Ф.А. Муллагалиев, Е.И.Ростокин, заместитель главного инженера по ТБ и профработам С.А. Тен. Каждый из них трудится в своей должности уже десятки лет. Накопил огромный опыт, стал классным специалистом, в чем-то уникальным и неповторимым. И, безусловно, в их профессиональном росте немалую роль сыграл И.А. Швец.
Все годы УСШМД тесно сотрудничало с наукой: Карагандинским отделением ВостНИИ, КНИУИ и Московским горным институтом, ныне Московским государственным горным университетом (МГГУ). Совместно с работниками науки работники УСШМД провели многочисленные эксперименты, исследования на шахтах. Это позволило усовершенствовать и разработать новые способы дегазации угольных пластов, спутников пластов, выработанного пространства. В сущности, шахты Карагандинского бассейна стали полигоном для испытания и внедрения всего нового, передового, прогрессивного в области дегазации высокогазоносных, выбросоопасных пластов.
За высокие достигнутые результаты в дегазации угольных пластов Игорю Александровичу Швецу неоднократно присуждались высокие звания. За "Разработку и внедрение комплексного способа дегазации разрабатываемых пластов с применением гидроразрыва из подземных выработок" ему была присуждена в 1980 году премия им. академика А.А. Скочинского. За "Создание и внедрение в практику региональных методов управления массивами угольных месторождений, обеспечивающих эффективное и безопасное производство горных работ в шахтах и попутное извлечение газа" И.А. Швец в составе коллектива авторов был в 1985 году удостоен звания лауреата премии Совета Министров СССР, в 1987 году за "Исследования и разработку способов добычи метана на угольных шахтах Карагандинского бассейна и высокоэффективное использование его как вторичного энергетического ресурса" был удостоен звания лауреата премии Совета Министров КазССР.
Сегодня среди угольных бассейнов стран СНГ только на шахтах угольного департамента АО "Миттал Стил Темиртау" применяется способ заблаговременной дегазационной подготовки угольных пластов посредством гидропневмовоздействия через вертикальные скважины, пробуренные с поверхности. За прошедшие годы на шахтах Карагандинского бассейна пробурены 125 скважин с последующей их обработкой, извлечено более 80 миллионов кубометров метана. Сегодня заблаговременная дегазация пластов используется на полях шахт им. Ленина и "Казахстанская", и начаты работы на "Шахтинской". На заблаговременную дегазацию особо выбросоопасного пласта Д6 ежегодно тратится до 50 миллионов тенге. Создана уникальная технология. Опыт шахт и УСШМД приезжают изучать горняки из Донбасса, Воркуты и Кузбасса.
Сегодня эффективность дегазационных систем достигла 57%, ежегодно каптируется свыше ста миллионов кубометров метана.
Работники УСШМД во главе с И.А. Швецом научились не только дегазировать пласты, горные массивы, но и утилизировать метан в котельных. Если в прошлом 20-м веке в лучшие годы в котельных сжигалось до 14 млн. м3 метана, то в 2004 годы было утилизировано 25,3 млн. м3 метана. Достигнутый уровень дегазационных работ позволил в условиях высокого газовыделения достигнуть высокой нагрузки на очистной забой - до 6 - 8 тысяч тонн.
Возрос профессионализм людей. Сегодня в УСШМД трудятся один доктор технических наук, пять кандидатов наук, 3 лауреата премии Совета Министров СССР и КазССР. В сущности, они все ученики Игоря Александровича Швеца.
Весом и личный вклад И.А.Швеца. Он является автором более 60 печатных работ и 27 изобретений. Он удостоен звания "Почетный шахтер", награжден знаками "Шахтерская слава" всех трех степеней.
Игорь Александрович до самого последнего дня трудился. 8 августа 2005 года на 78-м году жизни он скончался. Но он остался в памяти тех, кто с ним трудился, общался, как талантливый горный инженер и ученый, мудрый руководитель, организатор производства, внимательный к людям, заботливый друг и товарищ.
Немало теплых воспоминаний об Игоре Александровиче Швеце хранят заместитель начальника УСШМ по производству Д.И. Еремин, помощник начальника участка А.А. Францкевич, машинисты буровой установки Б. Скаков, В.Н. Волобуев, главный бухгалтер В.Н. Суворина, с которыми Игорь Александрович Швец вместе проработал более 35 лет.
Игорь Александрович Швец оставил яркий след на карагандинской земле.

 

 
Интересная статья? Поделись ей с другими:

Реклама
Поддержка сайтов в Москве.