Первый горнопромышленник Степан Попов

Фамилия купцов обширного семейства Поповых в девятнадца­том веке была весьма известна в Сибири. Наиболее удачливым из них был уральский купец первой гильдии из Верхотурья Андрей Попов. Именно ему принадлежит заслуга открытия первого россий­ского золота в Сибири. Еще в двадцатых годах Х1Х века он в компании со своим племянником купцом Федотом Поповым начал поиски золота. Их разведочные партии буквально облазили се­веро-восточные отроги Уральского хребта, обширные пространства Западной Сибири и Алтая.

Компаньоны не имели успеха до тех пор, пока не помог счаст­ливый случай. До них дошел тай­ный слух, что в деревне Берчи­кюле в отрогах Кузнецкого Алатау на берегу озера проживает крес­тьянин Егор Лесной, который не­редко уходит в горы и приносит оттуда крупные зерна самородного золота. В 1827 г. Андрей Попов оправил в те глухие места поис­ковую партию, поручив узнать у Лесного его тайну. Но труд этой партии не увенчался успехом.

В 1828 году Попов сам отп­равился на Берчикюльское озеро. Однако крестьянина Лесного уже не было в живых. Ходили слухи, что Андрею Попову удалось вы­пытать тайну Лесного у его дочки ­воспитанницы. Но как бы там ни было, идя по следу Егора Лесного, Андрей Попов открыл богатое месторождение золота. Вслед за Поповыми в этот район потянулись другие предприниматели. Мариин­ская тайга Томской губернии стала на многие годы главным золото­промышленным районом Сибири, где за два десятка лет было до­быто около 1500 пудов золота.

Удачливым оказался и Федот Попов, который установил, что верховья реки Ушайки в Томской губернии не менее Берчикюле бо­гаты рассыпным золотом. Это яви­лось причиной золотой лихорадки в Томске, где как грибы стали рас­ти особняки новоявленных богачей - миллионеров, один роскошнее и диковиннее другого. Новая улица получила стихийным образом наз­вание Миллионной. Иначе и быть не могло. Ведь на этой улице по­селялись преимущественно ново­явленные миллионеры. Ныне - эта улица одна из главных магистральных улиц Томска.

Иначе складывалась судьба томского, а затем семипалатинского купца первой гильдии Степана Ивановича Попова. Этот смелый, предприимчивый человек одним  из первых среди купцов отважился послать караваны с российскими товарами в Ташкент и Бухару. Время было неспокой­ное. Караваны нередко грабили вооружен­ные отряды разбойников. Ну а если кара­ван благополучно возвращался, то с боль­шими тюками южных товаров: сухофрук­тами, пестрыми восточными халатами, легкими шелковыми тканями и, конечно, изысканными по вкусу восточными сла­достями. Караваны Степана Попова с рос­сийскими товарами были одними из самых первых и в Кульдже, небольшом пригра­ничном городке на западе Китая. Русские сукна, плисы, вельветы превосходили по качеству английские и охотно покупались в Китае. А оттуда караваны возвращались в Семипалатинск с тюками китайского ду­шистого чая, шелковыми тканями, фар­форовыми изделиями, корнем женьшеня и многими другими товарами. И казалось, ничто не сможет изменить сложившийся уклад жизни. Но в тридцатых годах прош­лого века вспыхнула и пронеслась от Урала до далеких берегов Тихого океана "золотая лихорадка".' Потомственные дворяне, купцы различных гильдий, почетные граждане и мещане бросали свою торговую и прочую деятельность, обжитые места и в поисках золота, огромного богатства пускались в бега по безбрежным просторам Сибири. Наиболее удачливые из них быстро, за год-два становились миллионерами. Число золотопромышленников быстро росло. Степан Попов также решил испытать свое счастье в поисках богатых золотых при­исков. Но его взоры были устремлены не на север или восток Сибири, а в казахские степи, где он неоднократно бывал с тор­говыми целями, но ходатайства Степана По­пова, как частного лица, о разрешении производить на собственные средства по­иски золота во внешних округах Омской области Министерство финансов России отказывало. Несмотря на эти запреты, Степан Попов посылал своих поисковых людей, собирал сведения о подземных кладовых казахских гор и степей и тер­пеливо ждал дозволения высоких властей.

Наконец журналом Кабинета Минист­ров, Высочайше утвержденным 25 мая 1825 года, семипалатинскому "купцу 1-й гильдии Степану Попову было дозволено производить отыск и разработку золото­носных песков и других руд в округах Омской области". Теперь у Степана Попова были развязаны руки.

Где же искать золотоносные пески? Конечно, в первую очередь надо обсле­довать мели, перекаты, наносы могучего Иртыша в пределах Семипалатинского и Усть-Каменогорского округов. У поиско­виков и старателей - сезонная работа. С  приходом лета старатели Степана Попова во главе  с шихтмастером - горным чи­новником низшего класса Малаховым на телегах с про­визией и нехитрой стара­тельной техникой - лопатами, кайлами, ломами, ведрами, бадьями, лотками - разбре­лись вдоль Иртыша. Тогда вся разведка состояла в промыв­ке наносных песков.

Кто найдет золото, тому выплачу щедрое вознаграж­дение, - обещал старателям Степан Попов. И старатели от зари до заката старались то в одном, то в другом месте. Много песка перелопатили, но все впрок, золото так и не попадалось. Тогда стали рыть ямы-дудки, извлекая песок из более глубоких слоев, но и там было пусто. Расстроенный ходил вдоль Иртыша Степан Попов, вглядываясь в его пески, никак не хотел Иртыш отдавать свое золото. Но Степан Попов упорно продолжал поиски. И вот, наконец,  удача. На дне лотка одного из старателей заблестели долгожданные желтые крупинки металла. Есть золотишко!

Радостно горели глаза старателей. Результаты сезо­на были обнадеживающими: обнаружены три проявления золотоносных песков ниже Семипалатинска на правой стороне Иртыша и выше его - напротив форта Талицкого, а также на левом береry Ир­тыша - напротив форта Убин­ского.

Cлyxи о том, что старатели Попове нашли золото на  Иртыше, взбудоражили Семи­палатинск и дошли аж до Бар­наула, до Алтайского горного правления, которое заведова­ло всеми горными промыс­лами в Западной Сибири. Его начальство было встревожено тем, что под боком у тер­ритории ему принадлежащей купец Попов нашел золото и, ходят слухи, стал  его добывать. После совещаний правле­ние Колывано-Воскресенских заводов решило, что если Степан Попов будет "где бы то ни было, найденные им золо­тоносные пески и руды; раз­рабатывать, то подвергнет он себя строгому взысканию в соответствии с законом о по­хитителях золота. А когда он, открыв прииски, объявит их начальству, то тогда получит за сии приличное вознаграж­дение".

Между тем начальство Колывано-Воскресенских за­водов порешило направить маркшейдера Кулибина, чтобы он узнал подробно о находках Степана Попова, осмотреть эти прииски. Но в Семипала­тинске Попова не оказалось. Тогда Кулибин обратился к го­родничему, чтобы получить нужные сведения у приказ­чика Попова. Однако и при­казчик отказался "от дачи сих сведений" и доставил к город­ничему шихтмастера Малахо­ва, под руководством которого проводились поиски золото­носных россыпей. Кулибин и Малахов отправились к при­иску у форта Талицкого. Песок для пробы был взят у самой воды в двух местах, по промывке "оного оказалось, что в нем содержится боль­шое количество мелких зерен красной железины, коей часть притягивается магнитом, и мельчайшие блестки золота".

Шлихи золота были дос­тавлены маркшейдером Кули­биным в правление Колы­вано-Воскресенских заводов.

Если Иртыш меня обога­тит, то построю в Семипала­тинске больницу для народа и еще желаю воздвигнуть такой храм, что со всех концов будут приезжать люди, чтобы только полюбоваться его красотой, - нередко мечтательно рассуж­дал Степан Попов и настой­чиво, откладывая от торговли деньги, продолжал искать зо­лото.

Уже на следующий сезон старатели Степана Попова приступили к промывке золота в наносных песках Иртыша. Но золота оказалось опять обидно мало. Рабочие пере­шли на следующий потен­циальный прииск, но и тот был скуп на золото.

Взоры Степана Попова те­перь были обращены на юг, во внешние округа Омской об­ласти, к верховьям Иртыша и его притокам, а также в Акмо­линскую область, в Каркара­линский внешний округ. Для поисковых и промысловых ра­бот в этих районах требова­лось особое разрешение властей.

Документы архива:

О дозволении купцу Степану Попову рудоискательного промысла во внешних округах Омской области

Вопрос о дозволении купцу Степану Попову рудоискатель­ного промысла во внешних округах Омской области рас­сматривался на совете Глав­ного управления Западной Сибири. В Центральном Госу­дарственном архиве КазССР хранится дело об открытых медно-серебро-свинцовых месторождений в Аяryзском и Каркаралинском внешних ок­ругах Акмолинской области, заявленных на имя Попова. В деле имеется выписка из жур­налов Сибирского комитета 7 и 22 ноября 1833 года № 49 и № 51, содержание которой приведено ниже:

"В заседании 7 ноября рассматривалась записка  Министра финансов о доз­волении семипалатинскому 1-й гильдии купцу коммерции советнику Степану Попову ру­доискательного промысла во внешних округах Омской об­ласти.

Существо дела состоит в следующем. Коммерции со­ветник Попов попросил доз­воления сего еще в 1826 го­ду. Как тогдашние обстоя­тельства в степи наших кир­гизов по видимому мало бла­гоприятствовали сему пред­приятию, то по Высочайшему повелению в просьбе сей бы­ло отказано. Впоследствии обстоятельства изменились. С учреждением после того двух первых, еще ,четырех окруж­ных управлений между кирги­зами водворилось спокойст­вие, избытки скотоводства умножаются, есть початки земледелия, между бедным классом народа возникает трудолюбие» есть уже запрос на paботy. По сему Попов во­зобновляет свою просьбу представляя, что сверх умно­жения государственного дохо­да от платежа десятины и сверх занятия многих кир­гизцев, сведение в степи руд­ного промысла будет весьма много способствовать благосостоянию целого края по учреждению на внутренней об­ласти или в Тобольской Губер­нии особого завода, который даст средства занять немалую часть ссыльных.

Просьба сия по Высочай­шему повелению рассмотрена Министром финансов. Сооб­разив оную со свидетельства­ми горного департамента и местного начальства Министр финансов находит: во-первых, что давнишние дружествен­ные связи и сношения сего купца с киргизами, устраняют опасения насчет каких-либо неприятностей от предполага­емых ими препятствий во внешних округах, а особливо, когда при поисках и разработ­ках он будет действовать по доброму согласию и условиям с киргизами, как сам он пред­лагает;

во-вторых, что сия совер­шенно новая в том крае ветвь промышленности, может ожи­вить там денежные обороты, облегчить сбыт произведений земледелия и обратит самих киргизов к постоянному заня­тию, доставляя бедным из них пропитание и содержание;

в-третьих, что представ­ленные Поповым основания, на коих он желает начать и продолжать предприятия свои во внешних Омских округах, не заключают в себе ничего противного общепринятым правилам и постановлениям;

и в-четвертых, что преж­ние обстоятельства измени­лись. В сходстве сего Министр финансов полагал, что иные можно было бы Попову доз­волить отыскивать и разра­батывать пески и руды, содер­жащие как золото, так и дру­гие металлы с тем, чтобы По­пов в сем предприятии дейст­вовал как относительно самих земель, где поиски и разра­ботку производить  располо­жен, так и относительно упот­ребления киргизов в работе, не иначе как с ведома учреж­денного в степи местного уп­равления и по добровольному согласию и условиям собст­венно с киргизскими властями и самими киргизами.

Суть основных положений деятельности коммерции со­ветника Попова:

1) найденные уже им и на­ходимые впредь во внешних округах Омской области руды высокого рода, не исключая и благородных, перевозить для извлечения из них металлов на основании существующих правил беспошлинно во внут­ренние округа Западной Си­бири, где учреждено им будет сереброплавильное или другое заведение;

2) золотосодержащие пески промывать на месте, по невозможности перево­зить большое количество оных, равно добывать там ме­талл и из руд, когда предста­вится к тому удобность близ мест рождения;

3) все благородные ме­таллы, золото, серебро и пла­тину предоставлять в Колыва­но-Воскресенское горное  правление.  3а другие же ме­таллы вносить в казну деся­тину на общем основании;

4) дозволить ему принять в компанию таких людей, коих бы капиталы достаточно было увеличить и продолжать про­мысел сей на дальнейшее время.

Сибирский комитет, рас­смотрев сие предложение, на­ходит оное во всех отноше­ниях полезным и как бы с правами сибирских киргизов, так и обстоятельствами у них сообразных, и потому полагал, чтобы Министр финансов во­шел предварительно в бли­жайшие сношения с местным начальством, как об оконча­тельных правилах по сему предмету, так и относительно отвода земель и лесов к пред­полагаемому Поповым пла­вильному заводу во внутрен­них округах Западной Сибири".

Высочайшим повелением от 18 ноября 1833 года се­мипалатинскому купцу коммерции советнику Степану Попову было разрешено "ра­зыскивать" в киргизских сте­пях россыпи золота и руды.

 
Интересная статья? Поделись ей с другими:

Реклама